Свобода хуже неволи

 

«Свобода» хуже «неволи»

 

Большинство из нас, кто имеет возможность хотя бы мысленно, используя опыт или знания, сравнить Россию сегодняшнюю с Россией (Советским Союзом) XX века или с Россией же до 1917 года, задается одним вопросом: от чего погас свет в глазах наших соотечественников, горевший – не побоимся это признать – даже в глазах комсомольцев, строивших электростанции и поднимавших целину.

Ответ прост – на территории России после распада СССР умами овладел капитализм. У нас это обычно называют более лукаво – рыночными условиями, рыночной экономикой, но все равно это – капитализм с его узаконенной жаждой наживы.

Сторонники капиталистических отношений говорят о том, что именно в таких -конкурентных — условиях максимально раскрывается потенциал отдельного человека, его амбиции, его способности. В результате растет производительность труда, увеличивается объем производства, повышается качество жизни и т. д.

Но есть одна особенность, про которую не говорят. А именно: капиталистические отношения между предприятиями (о том, что они перетекают в отношения между людьми даже страшно подумать) оказывают позитивное влияние на экономику только на растущих рынках.

Когда в мире люди ходили полжизни в одной рубашке, промышленная революция в Англии, выбросившая на рынок огромное количество относительно недорогой ткани, была благом.

Когда не хватает хлеба – проявление смекалки и развитие аграрной науки и промышленности – тоже благо.

Но что происходит, когда все одеты, обуты, накормлены? Этот рынок – назовем его рынком предметов первой необходимости – перестает расти. И конкуренция толкает капиталиста на две вещи: во-первых, снижение затрат на материалы (от чего снижается качество) и увольнение лишних рабочих. Вряд ли это можно назвать положительным влиянием на жизнь людей.

Но есть еще второе решение – перейти с рынка товаров первой необходимости на рынок предметов роскоши. В результате снова создаются новые рабочие места, предметы роскоши становятся доступнее для все большего количествава людей. Некоторое время все хорошо, но даже этот рынок когда-то становится тесным.

И взгляд капиталиста в поисках источника прибыли обращается на другие сферы общественной жизни, которые уже немного неприличны – алкоголь, табак, в каких-то странах даже наркотики.

Но когда и эти «поляны» оказываются разработанными и исчерпанными, жажда прибыли толкает в области, которые всегда были «тонкими материями», скрытыми от всеобщего обозрения требованиями морали, естественного человеческого целомудрия и некоторого трепета перед вопросами Жизни и Смерти. Капитализм превращает общественную жизнь в шоу-бизнес. Льются реки крови, «обнаженка» не сходит с экранов и обложек, если в фильме нет десятка трупов – это уже не «смотрибельно».

И весь этот ужас с экранов и обложек переходит в дома и на мостовые. Привыкшие к смерти люди перешагивают через человека, упавшего на улице от приступа болезни.

Таков капитализм, шагнувший из стен предприятий в наши дома и души.

Конечно, для того, чтобы не быть отторгнутым нормальным обществом, капитализм требует специальной идеологии. В некоторых странах этой идеологией был фашизм, но обычно ею является либерально-демократическая идеология (только не такая, как у ЛДПР). Все происходит под красивым лозунгом общественного процветания и свободы предпринимательства. Именно под этим лозунгом разрешаются однополые браки, продажа наркотиков, легализуется проституции и эвтаназия. Это все – новые ранки для капитализма, которому тесно в прежних рамках.

Простой пример: сложно выпустить новый журнал о садоводстве и сделать его лучше десятков уже существующих. А вот журнал на ранее неприличную тему (как это произошло с Плейбоем) – будет первым, а первым – все сливки.

А ведь есть еще рынок оружия, для развития которого необходима война. Есть рынок лекарств и медицинских услуг, которые страдают, если люди не болеют.

И поверх всего этого нарастает рынок так называемых финансовых услуг. Люди, беря в долг у банка, думают, что стали богаче, и ведут себя соответствующим образом, хотя все с точностью до наоборот.

При этом если государственные структуры сращиваются с бизнесом и перенимают его стиль общения с населением и цели, то люди оказываются под двойным гнетом – растут цены на товары и растут расходы на услуги государства.

Капиталисты еще говорят: «Мы не дадим человеку рыбу, мы дадим ему удочку».

А что делать, если в реке всего две рыбы, а таких вот рыбаков с удочками на берегу – толпа? Может быть, надо дать им не каждому удочку, а одну сеть на всех, и научить разделить улов между всеми?

Я не хочу приводить другие примеры, каждый из нас может их привести и сам. Я только хочу сказать, что вопрос общественного благополучия и общественного развития – это во многом вопрос табу, которые накладывает само общество на некоторые темы. Для того, чтобы заглянуть за горизонт, нужно поднять глаза от дороги, на которой стоишь. Тем более, если стоишь в луже.

Светское общество, подстегиваемое узаконенной жаждой наживы, отказывается от всяких ограничений. Ограничения противоречат сути капитализма и приводят к серьезным экономическим, этическим и гуманитарным проблемам, которые в рамках капитализма не разрешить. Например, отправка лишнего продовольствия из Европы в Африку. Капиталист спрашивает – за чей счет банкет? Но если воспринимать все человечество как одну семью – такой вопрос неуместен.

И, похоже, сегодня источником таких целесообразных и жизненно-необходимых ограничений может быть только религия.

Ограничения, накладываемые церковью, в основе своей восходят к народной мудрости, отраженной в поговорках и пословицах. Но капитализм отказывается от исконных устоев и народной мудрости. Сегодня на смену пословицам и поговоркам пришли рекламные слоганы. Раньше мы учили: «Без труда не выловишь и рыбку из пруда», сегодня с рекламных плакатов звучит иное: «Когда мне нужны деньги, я просто иду и беру их».

Совсем не обязательно быть религиозным человеком, чтобы найти вокруг себя вешки исконных истин. Простой здравый смысл и желание благополучия и мира себе, своим детям, да и всем, кого почитаешь человеком, требует таких ограничений.

Беда в том, что капитализм лишает человека способности мыслить здраво. Захлопывая за собой дверь персонального автомобиля многие бросают взгляд на приклеенную где-нибудь в углу иконку, мол, есть и такая степень безопасности. Какая глупость! Разве может бог жить в персональной машине или кабинете, куда не всякого пускают. Но капиталист – он ведь искатель приключений. И отправляясь в очередную опасную ночь он прихватывает со стола все, что может пригодиться – одной рукой ножик, другой образок. Не потому, что верит, а потому что – на всякий случай.

Я написал все это не для того, чтобы призвать кого-то в лоно церкви. Меня просто очень беспокоит отсутствие света в глазах людей вокруг меня и в конце того исторического туннеля, по которому несется моя страна. Пусть вокруг много праздников, флагов и шариков, мы все, или почти все – как луна – не светимся, а только отражаем.

Мы можем разучиться читать – ведь есть комиксы и телевизор, мы можем забыть таблицу умножения – ведь в каждом гаджете у нас есть калькулятор, мы можем разучиться ходить – ведь так просто купить автомобиль. Мы можем даже разучиться думать – ведь от этого болит голова и не заснуть. Но реки выходят из берегов, падают столбы электропередач, и потоки сносят дороги вместе с автомобилями.

И мы, лишенные всего, оседлавшие крыши, ждущие спасателей, снова – как дети – учимся читать, считать и ходить. Некоторым приходится учиться говорить. Мы снова становимся взрослыми, и кто-то, заметив, как гаснет свет вокруг, восклицает:

«Господи, дай мне свободу! Я поиграю, и верну ее тебе обратно».

 

 

Обсудить у себя 1
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

комментатор
комментатор
сейчас на сайте
Читателей: 12 Опыт: 0 Карма: 1
все 11 Мои друзья